Если ты недоволен только тем, что честно, значит, ты непременно хочешь прибавить к нему или покой, который греки называют άοχλησσία, или наслажденье. Первый еще можно принять: душе ничто не докучает, и она вольна вглядываться во вселенную, ничем не отвлекаемая от созерцанья природы.

А вот наслажденье – это благо для скотов. К разумному мы добавляем неразумное, к честному – бесчестное. Когда щекочут наше тело, это тоже наслажденье, так что же вы не решаетесь сказать, что человек блаженствует, когда небо его ублажено? И ты причисляешь пусть не к мужам, но хотя бы к людям того, для кого высшее благо состоит из вещей приятных: лакомств, красок, звуков? Прочь его из прекрасного разряда существ, второго после богов, – к бессловесным скотам, ибо сам он животное, довольное кормом.

Сенека