Некоторые принимают только ту часть философии, что дает особые наставления человеку в каждой роли и, не стремясь придать стройность всему в его жизни, советует мужу, как вести себя с женою, отцу – как воспитывать детей, хозяину – как управлять рабами; прочие же части философии они оставляют как витающие за пределами нашей пользы, – как будто можно дать совет касательно части, не постигнув прежде всей жизни в целом.

А вот Аристон Стоик, наоборот, считает эту часть легковесной, не проникающей глубоко в сердце. Ей, со всеми ее наставлениями, помогают по его словам, в наибольшей мере основоположенья “философии и определение высшего блага”: ибо кто хорошо его понял и усвоил, тот сам себя наставит, как надобно поступать в каждом деле.

Как овладевающий искусством бросать копье старается попасть в намеченное место и приучает руку направлять оружье, а потом, приобретя благодаря упражненью и навыку эту способность, пользует ею, как захочет (ведь он научился поражать не тот или этот предмет, а любой, какой пожелает), – так снаряженный на все случаи жизни не нуждается в напоминаньях по каждому из них; он ведь постиг все: не как нужно жить с сыном или с женой, а как нужно жить правильно, сюда же входит и то, как нужно жить с женою и детьми.

Сенека