За родину ты отдал бы жизнь даже в тот самый миг, как узнал бы, что это нужно сделать. Радость от прекрасного поступка мы успеваем иногда вкусить за ничтожно короткий срок, и хотя плод совершенного подвига не достанется умершему, непричастному делам человеческим, нам отрадно само созерцание предстоящего подвига, и человек храбрый и справедливый видя перед собою все, за что платит он жизнь и отдает душу: свободу отчизны, общее спасение, – испытывает высочайшее наслаждение и радуется опасности.
Но и тот, у кого отнята даже последняя великая радость, доставляемая помыслами о подвиге, ринется на смерть без промедленья, довольный тем, что поступает по долгу и справедливости. Представь ему все доводы, отнимающие мужество. Скажи:
Твой поступок ожидает быстрое забвение, и граждане будут сулить о тебе неблагосклонно.
А он ответит:
Это все не имеет касательства к моему подвигу, я же созерцаю только его и знаю, что поступлю честно; вот я и иду куда ведет и призывает честность.